Иногда приходит пациент, проживающий интенсивную травму в настоящем – резкая потеря объекта, травматическое событие. И понадобится очень много времени и терпения со стороны терапевта, который ДОЛЖЕН ПРИНИМАТЬ РЕЧЬ ПАЦИЕНТА, повторяющий снова и снова события из своей актуальной травмы. Ждать долгое время, прежде чем появятся возможности открыть для пациента доступ к ресурсам из прошлого, которые помогут пациенту выйти из анклава, из замкнутого круга, из тюрьмы актуальности.
Иногда пациенты не рассказывают о воспоминаниях, не повторяют в кабинете снова и снова рассказ о травме, но они как-будто проживают снова и снова вместе с вами это травматическое событие.
Представьте себе пациента, который был участником ДТП. Конечно же он не организует аварию у Вас в кабинете буквально, но он ПРОЖИВАЕТ в кабинете эту травматическую ситуацию. Каким образом? Какие-то Ваши нейтральные или невинные слова оказывают на пациента чрезвычайно интенсивный эффект, как если бы машины столкнулись или как если бы машина его сбила. Тогда мы в терапевтическом процессе начинаем соединять элементы того, что происходит «здесь и сейчас» и переводим через интерпретации, что происходит в наших отношениях с пациентом: как то, что происходит в процессе терапии «здесь и сейчас», может соотносится с травматическими событиями. И за счет этого мы помогаем выйти пациенту из тюрьмы актуальной травмы…»
